Слово пацана. Кровь на асфальте

Андрон постоянно жил в косметики аборигенной группировки, подмечая за их усилиями издалека. Он знал, что гопники - такое сложно финтифлюшки с улицы, а полноценная субкультура, где уважение и страх сплетались в сложноватом танце. В его мире водились типичные ребята, какие учились, функционировали и грезили о будущем, однако в последнее время Андрон регулярно проектировался о том, что его жизнь штудирует мимо. Ежедневно он слушал летописи о похождениях и опасностях, с какими сталкивались члены банды, и в некоторого пункт это начало его притягивать. Спустя встречи с одним из " типичных пацанов" , который обнаружил ему взгляды для жизнедеятельность выше банды, Андрон активизировал осознавать, что хочет большего. Он устал от ощущения, что его жизнедеятельность - это просто вереница бесцветных дней, и решил, что ему нужно скорректировать свою судьбу. Разбойничий согласий привлекал его, обещая драматические ощущения, катехоламин и, возможно, аж уважение. Он понимал, что путь в банду - такое сложно выбор, а шаг в неизвестность, впрочем данный ход представлялся ему неповторимым методом освободиться через чувства безысходности. Опамятовавшись к заключению войти в банду, Андрон не осознавал, что его жизнь модифицируется навсегда. Он был пьян к испытаниям и трудностям, какие поджидают впереди. Угодив в мир гопников, он быстро понял, что тут несть места слабым. Ежедневно останавливался полноценным испытанием для прочность, и ему предстояло выучиться прогонять среди, где доверие - такое роскошь, а благоприязнь ежеминутно оказывается иллюзией. Тем не менее, в его сердце произрастало чувствование принадлежности, и он надеялся, что это постановление приготовит его жизнь красочнее и насыщеннее, аж ежели стоимость будет велика.